В пресс-центре информационного агентства «Росбалт» прошло очередное, уже девятое заседание дискуссионного клуба «Модернизация России: новый вектор». Группа квалифицированных экспертов билась над вопросом: «Какая система образования нужна современной России?»

Открывая заседание, ведущий клуба известный российский экономист Михаил Делягин указал на исключительное значение образования, являющегося инструментом создания главной производительной силы общества – человеческого капитала. Ведущий отметил основные недостатки реформы образования: лишение граждан России доступа к образованию, утрату способности к творчеству, подмену зубрежкой комплексного понимания изучаемого явления. В то же время экономист отметил, что во время недавнего посещения им Якутска одна из его жительниц позитивно отозвалась о Едином государственном экзамене (ЕГЭ), благодаря которому ее сын поступил в далекий московский вуз.

Это были первые и последние добрые слова, сказанные о реформе образования. Показательно, что и ректор непосредственно разрабатывавшей реформу Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов в последний момент сообщил о своем отказе участвовать в обсуждении – похоже, из-за полной невозможности защищать разработанную под его руководством официальную точку зрения российского правительства.

Выступавший первым председатель «Движения развития» Юрий Крупнов назвал в качестве основных проблем российского образования разрушение технологической базы и утрату преподавательского профессионализма, превращение в государственную идеологию идеи о неравному доступу к образованию и отсутствии вопроса о мировоззрении, прививаемом школой. Он сослался на последнее выступление Буша, в котором тот обосновал необходимость огромных инвестиций в науку и образование.

Крупнов отметил, что образование должно воспитывать способность понимания, мышления, воображения и идеализации, а современная российская система утратила даже то хорошее, что было в СССР.

Руководитель кафедры психологии личности МГУ Александр Асмолов указал, что образование должно служить цели общества и до определения последней обречено на неэффективность.

По его мнению, образование – не сфера услуг, но инструмент формирования и развития личности. В качестве главных результатов образования Асмолов назвал консолидацию общества на основе «близкой картины мира», обеспечение культурной идентичности граждан, снижение рисков внутренней напряженности и создание «социального лифта».

Главным вопросом образования должна быть цель обучения и лишь затем – его предмет, конкретные методы и ресурсы.

По мнению Асмолова, целью обучения должно стать внедрение в общественное сознание идеалов социального равенства, благосостояния и безопасности. Психолог указал на необходимость «мобильного образования», развивающего саму способность к обучению, и на то, что учить надо в первую очередь учителей.

Заместитель председателя Комитета Госдумы по образованию Иванова из «Единой России» поспорила с Асмоловым, указав, что образование должно сначала ориентироваться на конкурентоспособность страны, и лишь потом – отдельной личности. Подробный отчет о законодательной работе сопровождался указанием на необходимость привлечения бизнеса к финансированию образования и похвалой в адрес некоторых питерских компаний и РАО «Российские железные дороги», махнувших рукой на государство и самостоятельно готовящих себе необходимых специалистов.

Признанный специалист в области системы образования Сергей Комков указал на пагубность подхода реформаторов, продвигающих ценность «образования ради образования», образования ради личного успеха, а не воспитания гражданина и производителя.

Отметив, что понимание образования исключительно как услуги уничтожит не только образование, но и саму Россию, Комков указал на основной порок внедряемой в России исключительно прикладной и предельно формализированной американской системы образования: она учит лишь применять ранее созданное, но ни в коем случае не творить самому. Именно это вызвало кризис американской системы образования.

Известный философ Сергей Кара-Мурза, назвав школу «генетическим аппаратом культуры», указал, что целью реформы образования является смена типа цивилизации и культуры в России.

Он подчеркнул, что внедряемый западный тип образования очень четко делит людей на элиту и основную массу, поддерживаемую в состоянии «быдла», и искусственно фиксирует это разделение (это пошло еще со времен энциклопедистов, писавших качественно разные учебники для школ двух типов), в то время как советская и наследующая ей российская школа до реформы обеспечивали воспитание всего населения по элитарным стандартам, пробуждающим творчество.

Кара-Мурза указал, что искусственное оглупление людей в массовой западной школе требует колоссальных усилий и затрат, и потому советский тип образования является значительно более экономным.

Депутат Госдумы Алексей Кондауров особо отметил роль личности в развитии системы образования, подчеркнув серость руководителей как современной российской науки, так и Минобразования.

Участники обсуждения были единодушны в неприятии как современной системы образования, так и ее реформы, подчеркивая необходимость создания универсальной системы образования, воспитывающей умение думать. Отношение к официальным чиновникам и идеологам реформы образования ярко выразил Михаил Делягин: отвечая на вопрос о коррупции в образовании, он назвал кампании борьбы с ней «абсолютным политическим оружием», отметив среди эффективно использовавших их в карьерных целях Александра Лукашенко и Ярослава Кузьминова.